На главную Новости Школа История Музей Конкурсы
Гостевая книга / Электро-почта /
Философия боя

Конечно, в бою существует лишь одна философия, так как философствовать во время поединка попросту некогда. Победить любой ценой, отключившись, отрешившись от всего остального. Есть только ты и враг. Один из вас должен победить, другой, соответственно, проиграть.

Поговорить я хотел бы о другом — о философии боевых искусств, показанных нам в книгах и фильмах. Проследить эволюцию орудий (и, как следствие, методов) убийства в художественной литературе или кино.

Начнем с простого и самого древнего, как нам кажется, оружия — собственных рук или ног. Бойцы, занимающиеся такими видами единоборств, как кунг-фу или карате, нередко говорят в своих уроках (которые следовало бы называть проповедями) о том, что тело, в сочетании с разумом, является самым действенным оружием из всего, что создала природа либо сам человек. Прицел ружья может сбиться, кремень пистоля — промокнуть, и даже самый надежный из «Калашниковых» может дать осечку. Внутренний же прицел человека не зависит от внешних факторов, если он, конечно, в достаточной степени овладел техникой и философией боя. А философия, как я уже сказал, одна — нужно лишь принять её и осознать в полной мере.

Легенда китайского кино и китайских боевых искусств Брюс Ли в одном из своих фильмов произносил такие слова: «Самым лучшим стилем я считаю не использовать ни одного стиля». Ошибка исключена даже здесь — знать все стили боя, но не иметь ни одного. Быть выше их!

Однако так ли уже правы кунгфуисты, утверждающие нерушимость внутреннего прицела? На мой взгляд, мир китайских боевых искусств, царящий в храмах, подобных Шао Линю, или храму Белого Лотоса, великолепно показан в книге Сергея Разбоева «Воспитанник Шао». Бойцы, воины, для которых постоянные тренировки и частые поединки стали не просто неотъемлемой частью жизни, а самой жизнью, вынуждены скрывать даже день своего рождения. Нам, людям прогрессивного Запада понять это будет достаточно трудно, но.… На Востоке верят в существование биологических циклов человека. биоритмов. Свой отсчёт биоритмы начинают с рождения человека, и, зная этот день, соперник может вычислить момент эмоционального и физического спада и вызвать бойца на поединок.

Эволюционируем дальше. Мечи. Не громадные двуручники, которыми сражались варвары и русские дружинники, а легендарные японские катаны и аналогичные им тонкие китайские мечи. К сожалению, теперь я уже не вспомню названия того второсортного голливудского боевичка, в котором прозвучала великолепная мысль о сравнении огнестрельного оружия и катаны: «Самурай, вступающий в бой на мечах с врагом, делает всего одно движение. Одно долгое, плавное и грациозное движение, перетекающее из положения в положение, из самого себя в само себя. Одно движение, которое не окончится, покуда последний противник не окажется поверженным или не будет повержен сам самурай. Одно движение без перерыва, в отличие от пистолета, который требуется перезаряжать, наводить и нажимать на курок». Красиво звучит, не так ли?

Давайте вспомним еще несколько красивых сцен, связанных с мечами. Тарантиновский «Убить Билла». Ума Турман, вооруженная смертоносной катаной, сделанной лучшим мастером мечей во всей Японии. С этим мечом она укладывает полсотни врагов и, уже будучи раненной, побеждает в честном бою Люси Лиу. Умирая, та произносит: «Это действительно меч мастера!».

Обратимся теперь к «Крадущемуся тигру» Энга Ли. Легендарный китайский меч, имеющий имя. А почему бы нет — ведь были же имена у величайших скрипок? Его называют Зеленой Судьбой, и ему нет равных. Меч, обладающий своим характером, своей судьбой. Стоит взять его в руки, и ты ощущаешь, как он становится твоим продолжением, готовым разить без промаха. Или, быть может, это ты становишься его продолжением...

Итак, мечи — легенда уже нашего времени. Самураи без колебаний уверяют нас с экранов или со страниц книг, что лучшего оружия не найти.

Превратить огнестрельное оружие в легенду было намного труднее, нежели холодное. Согласитесь, дуэли на пистолетах куда менее впечатляющи, нежели поединки на шпагах или мечах. Бах, бах, и оба мертвы. Куда зрелищнее выглядит Ума Турман с катаной, нежели Клинт Иствуд с револьвером. Поэтому-то огнестрельное оружие не торопилось завоевывать экраны и наши сердца. Но ведь завоевало!

Начало этому положил, наверное, знаменитый «Робокоп», снятый Полом Верхувеном. Вспомните Робокопа в тире. Он стреляет не целясь, выпуская обойму за обоймой точно в центр мишени. Не дрогнет его механическая рука из крепчайшего титана, не ошибется с поправкой на ветер его напичканный электроникой мозг. Совершенное орудие убийства! Это я не о Робокопе и не о его пистолете, а именно о них вместе взятых. Пистолет стал продолжением его руки. Его рука стала продолжением рукояти пистолета.

Следующим шагом киношной эволюции оружия я бы назвал фильм Сэма Рейми «Быстрый и мертвый». Потрясающе зрелищные дуэли на Диком Западе, но… Этот фильм уже не об оружии, и вся его зрелищность и напряженность достигается игрой актёров. Сила оружия здесь почти ни при чём.

Параллельно с Верхувеном и Рейми маэстро ужаса Стивен Кинг ввёл огнестрельное оружие на страницы первого романа из цикла «Тёмная башня — «Стрелок». Стрелок по имени Роланд, так же, как и Робокоп, стреляет не целясь. Его учили этому с детства, и он в совершенстве постиг эту науку. Роланд перезаряжает пистолет на бегу, ни разу не взглянув на него — его пальцы делают всё автоматически. Роланд не мыслит себя без револьверов, и, несмотря на то, что он отлично сражается на палках или ножах, револьверы — это частичка его души. Он — Стрелок… Но экранизировать «стрелка» никто не собирался, и киноэкран терпеливо ждал новых веяний. Мечи уже порядком надоели, народ насмотрелся и на громадных зубастых динозавров, и на свирепых пришельцев из «Дня Независимости». Даже легендарные лазерные мечи из «Звёздных войн» — и те морально устарели. Кажется, люди разобрались даже и в том, что лазерный меч невозможен чисто физически. Нужно было что-то кардинально новое…

И вместо ветра перемен примчался ураган, победоносно пронёсший по всему миру. «Матрица»! Забудьте о ее бездарных продолжениях — вспомните только о том шоке, который вы испытали, увидев, как агенты, а следом за ними и Нео, уклоняются от пуль. До этого момента мы все считали огнестрельное оружие абсолютным и не терпящим возражений — уклониться от пули нереально, следовательно, если на тебя смотрит черный зрачок пистолета, ты можешь тихонько начинать молиться. «Матрица» разрушила наши представления о неизбежности смерти, приносимой пулей. Возвеличила в наших глазах Избранного и заставила поверить в ирреальность нашего мира. Но… «Матрица» воспела людей, оставив на прежнем уровне огнестрельное оружие, которое мы, впрочем, начали любить и уважать несколько больше.

Следующий робкий шажок в этом направлении — «Искусство войны» с Уэсли Снайпсом, который до этого, казалось бы, был ярым приверженцем мечей и рубил своей серебренной катаной головы вампиров. (Кстати, мы как-то упускаем из виду, что впервые эффект полета пули был примемен именно в «Блэйде». И там же, опять-таки задолго до «Матрицы», вампир уклонился от траектории ее полета. Но в историю почему-то вошла именно «Матрица».) В «Искусстве войны» Снайпс, наконец, взялся за пистолет. В финале фильма он вступает в перестрелку с главным злодеем и, этак буднично и шутя, не заводя речей об Избранном, уклоняется от пуль. Они выпускают друг в друга по две обоймы, но так ни разу и не попав, сходятся в рукопашной. В чём секрет? Как можно увернуться от пули, не обладая реакцией вампира или Избранного? Всё просто — нужно не уворачиваться от летящей пули, а попросту уходить с ее наиболее вероятной траектории. Уклоняться не от оружия, а от человека.

И закономерный финал, объединивший зрелищность «Матрицы» с умной мыслью «Искусства войны». Голливуд собрался с мыслями и выдал на гора великолепный «Эквилибриум». После Третьей Мировой войны уцелевшее население Земли задумало и сошлось во мнении, что Четвёртой люди уже точно не переживут. Ядерное оружие было уничтожено, а вместо него создано новое, гораздо более совершенное, но не разносящее весь мир в клочья нажатием одной кнопки. Этим оружием стали клерики Тетраграмматона — тренированные убийцы, оберегающие мир от того, что угрожает ему. От эмоций!

Клерики — люди, но начисто лишенные любого намека на чувства. Они двигаются быстрее любого из нас и наносят удары с фантастической точностью, но это не оттого, что они сверхлюди или вообще Избранные. Их сила — это результат многолетних тренировок и полной концентрации сознания на философии боя. На том самом принципе: «Или ты, или тебя!». И главное — клерики ничуть не хуже Нео способны уклониться от летящей пули. Их секрет прост — после долгого и упорного анализа перестрелок был сделан вывод о том, что позиция стреляющего, а, следовательно, и направление полёта пули, является предсказуемой на 90 с копейками процентов. Зная все типовые позиции перестрелок, клерик способен легко находить мертвые зоны обстрела, сам при этом находясь в оптимальной позиции.

Глядя на технику боя клериков, остается только поражаться ее красоте и грации, не уступающей очарованию боя на катанах. Более того, здесь пистолет, по сути, приравнивается к катане — и глядя на сражающегося клерика, сложно не согласиться с тем, что во время боя он действительно совершает всего одно движение, которое не окончится до тех пор, пока последний из врагов не упадет на землю.

Особенно впечатляюще выглядит поединок двух клериков приблизительно одного уровня подготовки. Оба вооружены пистолетами, и суть схватки сводится к тому, кто из них первым сумеет прицелиться в другого, не угодив под его выстрел. Естественно, противник тоже не стоит на месте, ежесекундно уходя из зоны постоянно меняющейся поражения…

Итак, можно ли считать вершиной эволюции орудий убийства огнестрельное оружие? Или, может быть, ваша душа просит остановиться на катанах и Зеленой Судьбе? Моя, надо сказать, просит несколько иного. Дальнейшего развития представлений об оружии — ведь совершенству нет предела. С нетерпением жду фильма или книги, воспевающей… ядерную бомбу!

Кирилл Кудряшов

Назад



На главную
/Редакция / Новости / Школа / История / Музей / Конкурсы /